№6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образование?

Обсуждение публикаций журнала за 2013 год

Модератор: victor

Аватара пользователя
bee
Сообщения: 79
Зарегистрирован: 02 дек 2014, 14:33

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение bee » 27 окт 2016, 10:50

test писал(а):"В таком образовании нет никакого смысла"

Вы знаете, что нужно изменить в школе? Расскажите!
Уже рассказывали - https://forum.pilot-bc.ca/viewtopic.php?f=8&t=1702

А пока чиновники спорят где надо учить русский язык - в школе или ВУЗе:

Вице-премьер Голодец и министр образования Васильева публично поспорили о преподавании русского языка в вузах

Вице-премьер РФ Ольга Голодец и министр образования и науки Ольга Васильева разошлись во мнениях по поводу необходимости преподавания в вузах русского языка и культуры речи. В то время, как Васильева намеревается наказывать руководство учебных заведений, которые отводят часы, предназначенные для изучения русского языка, на преподавание других предметов, Голодец указала, что тем, кто не выучил русский язык в школе, в вузах делать нечего.

Аватара пользователя
Irina
Сообщения: 34
Зарегистрирован: 15 дек 2014, 13:16

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение Irina » 24 мар 2018, 20:11

Обсуждения не прекращаются, что может говорить о проблемах, которые не решаются. (К этой статье внизу есть ссылки на другие обсуждения, но эта пока последняя.)

Такая школа нам больше не нужна

Не стану лукавить: изначально эта статья задумывалась редакцией «Сноба» в рамках полемики между Татьяной Красновой и мною. Однако должен разочаровать друзей и коллег: похоже, ничего с этой идеей не выйдет. Дело в том, что по сути я совершенно согласен с Татьяной. И, на мой взгляд, школа — место, где люди могут научиться самым разным способам взаимодействия с другими, с действительностью, с самими собой, о чем я и пишу неустанно.

Но тема для обсуждения все-таки имеется.

Дело в том, что мне бывает трудновато с самой постановкой вопроса, когда о школе мы говорим как о неизбежном зле, «с паршивой овцы хоть шерсти клок» (то есть исходим из того, что принципиально школу в нынешнем формате отменить невозможно, а раз так, давайте хотя бы постараемся получить от нее что-то полезное). На мой взгляд, принимая такую постановку вопроса, мы неминуемо оказываемся в ловушке: то есть размышляем об «исправлении» существующей системы и лишаем себя права судить ее «по гамбургскому счету».

Думаю, именно поэтому, задавая самым разным людям прямой вопрос «зачем нужна школа», я раз за разом получаю один и тот же ответ: «Как зачем?! Как вы можете спрашивать?!» На этом обычно разговор и заканчивается.

Все это напоминает мне известный диалог Остапа Бендера с Кисой Воробьяниновым: «Ну, зачем вам, зачем вам столько денег? — Как зачем? Как зачем? — кипятился Ипполит Матвеевич». Кипятился, но как вы помните, раз за разом оказывался не в состоянии подкрепить свои восклицания хоть каким-то аргументом за или против.

Подобным образом, во всяком случае по моему опыту, обстоит дело и с обсуждением нынешнего предназначения школы.

Мы говорим «в школе тебе дадут знания», а на поверку бо́льшую часть знаний и информации сегодня можно получить где угодно, но только не в школе
Поэтому на этот раз рискну-ка я заявить прямо: в современной школе, в известном нам формате, нет никакого смысла. Ну вот совсем никакого.

Поэтому, перед тем как начать менять школу, хорошо бы нам понять, чего, собственно мы хотим. Или, иными словами, помочь школе обрести смысл.

Смысл появляется тогда, когда, пусть и по прошествии времени, мы становимся способны понять, как происходящее (происшедшее) связано с нами и нашей жизнью. Как знания, которые мы приобретаем, вписываются в структуру нашей личности, какое место они занимают в нашей повседневности (кстати, именно такие, простите за каламбур, «осознанные» знания и остаются с нами навсегда).

Смысл же, который предлагаем нашим детям мы сами, пусть и из лучших побуждений, их смыслом точно не является.

Посудите сами.

Мы говорим «в школе тебе дадут знания», а на поверку бо́льшую часть знаний и информации сегодня можно получить где угодно, но только не в школе. Да и, кстати, если бы и было это нужно, дети ведь способны достать любую информацию в считаные секунды.

Мы твердим о школе как центре социализации, оставляя в стороне резонный вопрос: почему, собственно, социализироваться нужно в такой странной, чтобы не сказать тоскливой, обстановке? Почему не в музее? Не на дискотеке? Не в кафе? Не на спортивной площадке?

Мы убеждаем: «Тебе это пригодится в будущем», а сами неспособны даже примерно описать, как будет выглядеть мир лет через десять (равно как и наши родители не могли предположить ни возникновения интернета, ни что именно из полученного в детстве окажется нам полезным). Снова: я ничуть не спорю с Татьяной Красновой — прекрасные случайности возможны. Хотя о себе лично могу сказать: читать я полюбил не благодаря, а скорее вопреки школе, да и большей частью моих любимых занятий (включая чтение) школа активно мешала мне заниматься.

Нужно осознать тот факт, что ответы на вопрос, зачем нужна школа, могут быть разные, во всяком случае, их точно больше одного
Однако вернемся все же к начальной теме: как нам быть с этой самой неспособностью ответить на предложенный вопрос?

Мне кажется, начать можно хотя бы вот с чего.

Во-первых, допустить простую мысль, что у нас может и не быть ответа даже на такой простой вопрос. Но мой личный ответ таков: единственный смысл ходить в школу — только если там мы можем исследовать окружающий мир, самого себя, если мы учимся строить и строим на деле взаимодействие со знаниями, явлениями, другими людьми и самими собой.

Если школа становится для каждого ученика системой, внутри которой он чувствует себя уверенно и комфортно, частью которой он себя ощущает, понимая, зачем каждое утро туда стремиться, такая школа может существовать сегодня. Если эти признаки хотя бы частично отсутствуют, на мой взгляд, нет ни единой причины для продолжения ее функционирования в таком виде.

Во-вторых, нужно осознать тот факт, что ответы могут быть разные, во всяком случае, их точно больше одного. Это поможет нам принять простую идею о том, что наилучший путь для развития систем современного образования — свобода и вариативность, которые должны быть реализованы в автономии каждой конкретной школы и в поддержке частного (разного!) образования. Как естественная реализация этого понимания — немедленно включить потребителей образовательных услуг, то есть детей и родителей, в обсуждение этих вопросов и поверить, что они не хуже любых экспертов способны дать ответы на многие вопросы, что они сами способны разобраться в том, что хорошо, а что плохо, и выбрать школу, соответствующую их представлениям. Для этого нужно только всерьез начать говорить о школе и позволить себе и другим усомниться в существовании лишь одного верного пути.

Само понятие «школа» (кстати, советую при случае посмотреть перевод этого слова) подразумевает сегодня не столько помещение, сколько современный процесс взаимодействия со знаниями. И процесс этот может протекать где угодно
В-третьих, пора наконец признать педагогику творческой профессией и начать растить учителей, способных сомневаться, задавать вопросы, творить. Подобно тому, как растят художников, режиссеров, актеров.

В-четвертых, прекратить настаивать на программах, составленных в начале ХХ века, а равно прекратить преподавать в рамках подходов и методик того же времени. Вместо этого необходимо использовать самые современные способы получения, обработки и применения информации. Поскольку очевидно, что взрослые в этом понимают мало, придется привлекать к организации школ и составлению программ детей, которые разбираются в этом прекрасно, практически являются экспертами по вопросам современности и способны не только помочь нам, но и предложить вовсе не очевидные для нас подходы.

В-пятых, как можно скорее отменить навсегда оценочную систему как вредящую личной и учебной мотивации и ввести обратную связь и рефлексию в качестве профессиональных инструментов учителя и ученика.

В-шестых, принять тот факт, что в школе человек должен чувствовать себя спокойно и уверенно, и ему должно быть понятно, что он там делает. Что само понятие «школа» (кстати, советую при случае посмотреть перевод этого слова) подразумевает сегодня не столько помещение, сколько современный процесс взаимодействия со знаниями. И процесс этот может протекать где угодно: и в музее, и на улице, и в театре. Дело учителя — создание таких рамок, в которых этот самый процесс учения и «закручивается».

Это так, для начала...

А еще — не переставать ни на один день задавать самим себе этот самый вопрос: «зачем ходить в школу». И если у нас возникает малейшее колебание с ответом, тем более если единственным ответом становится «это же и так ясно», стоит немедленно прекратить мучить себя и своих близких. Во всяком случае до того, как будет найден хотя бы промежуточный ответ.

Аватара пользователя
anton
Сообщения: 52
Зарегистрирован: 13 сен 2014, 14:16

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение anton » 24 мар 2018, 22:03

Автор говорит, что не собирался полемизировать, но сам выдвигает полемические заявления. Например: - Мы говорим «в школе тебе дадут знания», а на поверку бо́льшую часть знаний и информации сегодня можно получить где угодно, но только не в школе

Дело в том, что нет гарантии, что знания, полученные "где угодно", являются действительно знаниями, а не информационным шумом. Школа все же имеет программу и профессионально подготовленных преподавателей. Можно выдвигать претензии к профессионализму отдельных учителей, но иной системы просто нет.

- Поэтому на этот раз рискну-ка я заявить прямо: в современной школе, в известном нам формате, нет никакого смысла. Ну вот совсем никакого.

Полемический перегиб.

Аватара пользователя
Человек из Кемерово
Сообщения: 40
Зарегистрирован: 02 авг 2018, 11:53

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение Человек из Кемерово » 18 ноя 2018, 20:13

Как один из критериев хорошего образования - его независимость от коммерции. На примере Блумберга:
Предприниматель, филантроп и бывший мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг пожертвовал университету Джонса Хопкинса 1,8 миллиарда долларов чтобы принятие студентов зависело от их заслуг.

Я хочу открыть такую же дверь возможностей, которую имел я, для поколений талантливых студентов, независимо от их финансового положения», — написал он.

В своей статье в The New York Times Блумберг отметил, что при рассмотрении документов приемная комиссия в университетах США обращает внимание на способность абитуриента оплатить обучение в вузе. Из-за этого поступающие с более высокой успеваемостью из небогатых семей не имеют возможности получить образование.
Понимая, что качество обучения не тождественно качеству обученности, можно говорить, что отбор по деньгам отсекает более способных от обучения и снижает качество обученности. Более способные студенты повышают и качество образования, заставляя своих учителей отвечать на их вопросы.

Я учился в сильной группе, которая на каждом семинарском занятии задавала преподавателю вопросы. Нередко ответ преподавателя был такой: - сегодня я вам на этот вопрос ответить не могу. Значит, чтобы ответить завтра, преподавателю нужно было поискать ответ, повышая собственную квалификацию.

Аватара пользователя
vladM
Сообщения: 81
Зарегистрирован: 30 сен 2014, 13:46

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение vladM » 22 ноя 2018, 15:28

Человек из Кемерово писал(а):Значит, чтобы ответить завтра, преподавателю нужно было поискать ответ, повышая собственную квалификацию.
Или так в каждой группе и отвечать до конца семестра. Студенты, конечно, стимулируют учителя вопросами, но для повышения квалификации нужно и профильные журналы читать, и книги покупать, и иметь для этого соответствующую зарплату.

Аватара пользователя
Человек из Кемерово
Сообщения: 40
Зарегистрирован: 02 авг 2018, 11:53

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образовани

Сообщение Человек из Кемерово » 07 дек 2018, 13:16

vladM писал(а):Студенты, конечно, стимулируют учителя вопросами, но для повышения квалификации нужно и профильные журналы читать, и книги покупать, и иметь для этого соответствующую зарплату.
Вот какие-то попытки решать такой вопрос, но как обычно, речь о Москве:

— Наверное, еще важную роль играют зарплаты в образовательной сфере.

— И в Сингапуре и в Финляндии учителям платят хорошо, эта профессия престижна, учителя дорожат своей работой. У нас ситуация последние 30 лет менялась очень сильно: в начале 1990-х профессия учителя была одной из немногих, где продолжали что-то платить. Потом зарплаты учителей сильно отстали от средних по обществу, в педвузы шли люди, которые не могли попасть в более престижные места. Сейчас учительские зарплаты действительно подросли.

В Москве у учителей очень достойная средняя зарплата, 120 тысяч рублей. Но уже в Калужской области — 35.
Понятно, что во многом эти средние зарплаты выросли за счет увеличения нагрузки, многие учителя работают на двойную ставку и больше (ставка — 18 учебных часов в неделю). Представьте себе жизнь по 6 уроков 6 дней в неделю, при этом надо заполнять кучу бумажек, проверять домашние работы, а еще неплохо бы готовиться к занятиям.

«Школа не помогает строить судьбу»

Федор Шеберстов — о том, что сломалось в российском образовании и как можно это исправить

Аватара пользователя
Буква
Сообщения: 30
Зарегистрирован: 25 июн 2017, 16:51

Re: №6 Елена Донецкова. Каким должно быть хорошее образование?

Сообщение Буква » 05 окт 2019, 16:28

Взгляд психолога на состояние образования:

Разрыв между умными и глупыми нарастает

Чиновники из министерства образования России искренне заблуждаются, думая, что слепое заимствование некоторых западных подходов способно что-то привнести в нашу школу, полагает социопсихолог Людмила Ясюкова.

Руководитель лаборатории социальной психологии СПбГУ, глава центра «Диагностика и развитие способностей» Людмила Ясюкова также более двадцати лет работает школьным психологом. В интервью «Росбалту» она рассказала о результатах мониторинга интеллектуального развития школьников и студентов.

- Вы занимаетесь мониторингом интеллектуального развития школьников и студентов, причем, определяете интеллектуальное развитие на основании сформированности понятийного мышления. Что такое понятийное мышление?

- Истоки этого понятия следует искать в работах выдающегося советского психолога Льва Выготского. Обобщив, понятийное мышление можно определить через три важных момента. Первый - умение выделять суть явления, объекта. Второй - умение видеть причину и прогнозировать последствия. Третий - умение систематизировать информацию и строить целостную картину ситуации.

Те, кто обладает понятийным мышлением, адекватно понимают реальную ситуацию и делают правильные выводы, а те, кто не обладают… Они тоже уверены в правильности своего видения ситуации, но это их иллюзия, которая разбивается о реальную жизнь. Их планы не реализуются, прогнозы не сбываются, но они считают, что виноваты окружающие люди и обстоятельства, а не их неправильное понимание ситуации.

Степень сформированности понятийного мышления можно определить с помощью психологических тестов. Вот пример из тестирования детей шести-семи лет, с которым не всегда справляются и взрослые. Синица, голубь, птица, воробей, утка. Что лишнее? К сожалению, многие говорят, что утка. У меня были недавно родители одного ребенка, горячились, доказывали, что утка – правильный ответ. Папа – юрист, мама – учитель. Я им говорю: «Почему утка?» А они отвечают, потому что она большая, а птица, птичка это, по их мнению, что-то маленькое. А как же страус, пингвин? А никак, у них в сознании закреплен образ птицы как чего-то маленького, и они полагают свой образ универсальным.

- И какой же процент наших соотечественников умеет выделять суть и видеть причинно-следственные связи?

- По моим данным и по данным других исследователей, меньше 20% людей обладают полноценным понятийным мышлением. Это те, кто изучал естественные и технические науки, научился операциям выделения существенных признаков, категоризации и установления причинно-следственных связей. Их, однако, среди принимающих решения о развитии общества мало. Среди политических консультантов у нас психологи, философы, неудавшиеся педагоги – люди, у которых с понятийным мышлением не очень хорошо, но которые умеют ловко говорить и завертывать свои идеи в красивые обертки.

- Это российская статистика. А как выглядит ситуация в мире?

- Если брать развитые страны, то приблизительно так же. Могу сослаться на исследования Льва Веккера, который работал и в СССР, и в США, и в Европе, и в России. Его исследования 1998 года показывают, что больше 70% взрослых людей, психологов, с которыми он сотрудничал в ходе исследования мышления детей, и сами мыслят как дети: обобщают от частного к частному, а не по существенному признаку, не видят причинно-следственные связи…

Наверное, есть некоторая разница между странами, и можно предположить, что тенденции увеличения-уменьшения процента людей с понятийным мышлением разные в разных странах, но таких детализированных кросс-культурных исследований никто не ведет. Или, по крайней мере, таких данных нет в открытой печати.

По жизни сформировать понятийное мышление невозможно, оно приобретается только в ходе изучения наук, поскольку сами науки построены по понятийному принципу: в их основе базовые понятия, над которыми выстраивается пирамида науки. Такая понятийная пирамида. И, если мы выходим из школы без понятийного мышления, то, сталкиваясь с тем или иным фактом, мы не сможем его объективно интерпретировать, а действуем под влиянием эмоций и наших субъективных представлений. В результате решения, принятые на основании такой допонятийной интерпретации происходящего, невозможно реализовать. И мы это видим в нашей жизни. Чем выше в социальной иерархии стоит человек, тем дороже цена его необъективных интерпретаций и решений. Посмотрите, сколько у нас принимается программ, которые ничем не заканчиваются. Прошел год-два и где программа, где человек, который ее декларировал? Иди, ищи.

- Школьные программы последние двадцать лет беспрерывно меняются. Как это влияет на формирование понятийного мышления?

- Раньше основы понятийного мышления начинали закладываться на природоведении. Теперь у нас вместо природоведения «Окружающий мир». Вы видели, что это такое? Это бессмысленная окрошка. Видеть в этом логику могут только составители, у которых у самих нет понятийного мышления. Якобы это практико-ориентированный, исследовательский предмет. Ничего там этого нет.

Дальше, раньше с 5-го класса начинались ботаника и история как история развития цивилизаций. Теперь у нас в 5 классе природоведение в виде рассказов о природе без всякой логики, а вместо истории цивилизаций - «История в картинках» - та же окрошка без логики, что-то про первобытных людей, что-то про рыцарей.

В шестом-седьмом классах раньше была зоология, опять же со своей логикой. Дальше в восьмом была анатомия, и уже в старшей школе общая биология. То есть, выстраивалась некая пирамида: растительный и животный мир, которые, в конце концов, подчинены общим законам развития. Теперь ничего этого нет. Все идет вперемешку – и ботаника, и животный мир, и человек, и общая биология. Принцип научной подачи информации заменен принципом калейдоскопа, сменяющихся картинок, который разработчики считают системно-деятельностным подходом.

С физикой такая же картина. Тоже рассказы о космосе, о планетах, о законах Ньютона… Вот, сидит у меня мальчик, я его спрашиваю: «Хоть задачки-то решаете на физике?». Он отвечает: «Какие задачки? Мы презентации делаем». Что такое презентация? Это пересказ в картинках. Если нет задач по механике на разложение сил, то о формировании понятийного мышления в физике можно не говорить.

- Но у нас же декларируется, что мы движемся в сторону европейского и американского образования. Что там-то творится?

- Там все по-разному. На Западе действительно полная свобода, и школы существуют очень разные. В том числе и такие, куда отбирают не по кошельку, а по уровню развития. И там, безусловно, есть школы отличного уровня, где готовят элиту, обладающую и понятийным и абстрактным мышлением. Но никакого стремления отлично образовывать всех и каждого там нет – зачем это надо? К тому же там обучение идет не по классам, а по программам. Дети, которые показывают хорошие результаты, объединяются в группы, изучающие более сложные программы. В результате те, кому это надо, в любом случае имеют возможность получить хорошее образование и поступить в университет. Это вопрос мотивации в семье.

Интересный пример - Финляндия. Всеми признано, что там сейчас лучшая система образования в Европе. Так вот, они как раз взяли наши советские программы и принципы образования. У нас не так давно была конференция по вопросам образования, и там выступила одна наша высокопоставленная дама, автор многих из последних нововведений. Она с гордостью провозгласила, что наконец-то мы уходим от всех этих мифов о хорошем советском образовании. В ответ выступила представитель Финляндии и сказала – извините, но советская система образования в школе была отличная, и мы как раз у вас и заимствовали многое, что позволило нам улучшить нашу систему. Они и учебники наши перевели, и учителей старой школы с большим удовольствием берут, чтобы они делились с их учителями советским методикам преподавания.

- А у нас, если я вас правильно понимаю, интеллектуальный уровень снижается, и процент людей с понятийным мышлением становится меньше?

- Да, и это не мои предположения, а данные исследований, которые я веду в школах уже больше двадцати лет, из года в год.

- Может быть, взамен этого у детей формируются какие-то другие важные качества, помогающие в жизни?

- К сожалению, нет. Потери в школе видны, а приобретений пока что нет.

- А сохраняются, или может быть появляются в России школы и вузы, готовящие прекрасно образованных и логически мыслящих людей? Нарастает ли, грубо говоря, разрыв между умными и глупыми так же, как увеличивается разрыв между богатыми и бедными?

- Разрыв нарастает, и еще как. Безусловно, есть отличные школы и вузы, откуда выходят выпускники не только профессионально образованные, но и с высокоразвитым интеллектом. Этот разрыв начал быстро расти в 1990-е годы и ситуация все усугубляется.

Знаете, у меня есть своя гипотеза, довольно циничная, относительно образовательной политики нашего руководства. Мы сырьевая страна третьего мира. Нам не надо много людей с хорошим образованием и умением думать и делать выводы. Их некуда трудоустроить, они тут никому не нужны.

На образование при этом тратятся огромные деньги, действительно огромные. И что происходит? Наши высокообразованные специалисты уезжают и работают в более развитых странах по всему миру. Целые компании русских программистов работают в США, например. Я знаю одну такую в Бостоне, у них вообще все, кроме уборщицы-негритянки, русские.

Зачем нашему правительству готовить высококвалифицированные кадры для США, Канады, Австралии, Европы? А вы знаете, что в США даже есть математические школы на русском языке с нашими методиками? И те, кто закончили эти школы, отлично устраивают свою жизнь. Но нашей стране эти люди ни к чему. Здесь нужны те, кто работают бурильщиками, строят дома, мостят улицы и укладывают асфальт. Думаю, в эти профессиональные сферы и пытается наша власть перевести население. Но ничего не выходит. Люди в эти сферы не идут, предпочитая торговлю в разных видах. Приходится ввозить все больше людей из Азии, у которых нет никаких амбиций. Пока.

А наши классные специалисты, выпускники лучших школ и вузов, уезжают, не находя себе здесь достойного места. То есть, общий уровень снижается.

Что же касается людей из министерства образования, допускаю, что они действительно не понимают, что делают. Искренне заблуждаются, думая, что слепое заимствование некоторых западных подходов способно что-то привнести в нашу школу. Раньше у нас учебники писали математики, физики, биологи, теперь этим занимаются педагоги и психологи. Эти люди не специалисты в предмете, который излагают. На этом образование заканчивается.

- А что вы думаете по поводу нарастающей языковой неграмотности?

- За нарастающую неграмотность во многом надо благодарить так называемые фонетические программы обучения, на которые мы перешли в 1985 году - спасибо членкору АПН Даниилу Эльконину. В русском языке мы слышим одно, а должны писать по языковым правилам другое. А в методике Эльконина формируется слуховая доминанта. Произношение первично, а буквы вторичны. У детей, которых учат по этой методике, а сейчас всех так учат, есть так называемая звуковая запись слова и они там пишут «йожык», «агур’эц». И эта звуковая запись идет по седьмой класс. В результате у нас вырос процент якобы дисграфиков и дислексиков. Заговорили о вырождении нации. А на самом деле это просто плоды метода обучения на основе приоритетности фонематического анализа.

Букварь Эльконина был создан в 1961 году, но не был внедрен, потому что желания это делать не было. Считалось, что он, возможно, интересен как новый подход, но в школе будет с ним трудно. Тем не менее, Эльконин с соратниками настойчиво продолжали попытки внедрения своего метода, и когда в семидесятые годы в школы пошли дети, поголовно умеющие читать, то сложилось мнение, что букварь работает неплохо, давая детям более объемное видение и слышание языка.

Эльконин был человек очень активный, видный ученый, он и его ученики «продавили» внедрение букваря, обучение по которому началось в 1983-1985 годах. Но именно тогда экономическая ситуация в стране стала меняться: в девяностые в школу пошли дети, которых родители не научили читать, потому что им уже не хватало времени и денег, и дефект новой системы стал абсолютно очевиден.

Фонетическая система не учила читать, не учила грамотности, наоборот, порождала проблемы. Но у нас ведь как? Не букварь плохой, а дети плохие, не подходят к букварю. В результате стали учить фонетическому разбору с детского сада. Ведь чему учат детей? Что «мышка» и «мишка» начинаются по-разному и обозначают их в фонетической системе по-разному. А «зуб» и «суп» в этой системе оканчиваются одинаково. А потом бедные дети начинают писать буквы, и оказывается, что их предыдущие знания не сочетаются с новыми. Зачем, спрашивается, им было все это заучивать и отрабатывать? Они потом и пишут «фторник», «ва кно» вместо «в окно».

- А какая под этим теоретическая подкладка?

- У Эльконина была теория, что чтение - это озвучивание графических символов, вот он это и стремился всеми силами внедрить. А на самом деле чтение - это понимание графических символов, а озвучивание - это музыка. У него вообще много теоретически сомнительных высказываний, и все это с пиететом цитируется. На этом люди делают диссертации и потом, естественно, держатся за эти подходы. У нас другого преподавания нет, только этот принцип обучения. А мне, когда я пытаюсь с этим спорить, говорят – вы академический психолог, не педагог, и не понимаете, что без фонетического разбора и фонематического слуха чтению не научить. А я, между прочим, четыре года работала в школе для глухонемых и они прекрасно учились грамотному письму тем же методом, которым учили нас – зрительно-логическим. А у них, как вы понимаете, нет ни фонематического слуха, ни какого-либо другого.

- Хочу с вами поговорить еще об одной болевой точке – системе ценностей, формирующейся у школьников

- У нас сейчас полиментальная страна, в которой параллельно существует много систем ценностей. И прозападная, и советская, и этнически-ориентированные системы, и криминально-ориентированные. Ребенок, естественно, бессознательно перенимает ценностные установки от родителей и окружения. Школа в этом никак не участвовала до двухтысячных годов. Задачи воспитания из современной школы на какое-то время ушли, сейчас их пытаются вернуть.

Пытаются ввести культурно-просветительские циклы, например, для формирования толерантности. Только никакой толерантности эти циклы не формируют. Дети могут на эту тему написать сочинение или подготовить рассказ, но отнюдь не становятся более терпимыми в своей бытовой жизни.

Надо сказать, что как раз-таки у детей с более развитым понятийным мышлением спокойное восприятие другого бытового поведения, другой культуры выражены больше. Потому что у них прогностические способности выше и «другие» для них не столь непонятны, так что не вызывают такого чувства тревоги или агрессии.

- Много говорят и пишут об агрессивности российской школьной среды. Вы это видите?

- Я этого не вижу. Хотя, конечно, в совсем уж неблагополучных школах я сейчас не работаю, не знаю, что там творится. И раньше мы в школах дрались и выясняли отношения, только разговоров об этом было меньше. А вообще, чем выше культурный уровень родителей и школы (гимназии, лицея), тем меньше кулаков, драк и ругани. В приличных школах уровень агрессии невысок, там даже и грубых слов не так много.

- Еще одна повальная проблема современной школы – гиперактивные дети с так называемым СДВГ (синдромом дефицита внимания и гиперактивности).

- СДВГ - это не диагноз. Раньше это называлось ММД – минимальные мозговые дисфункции, еще раньше ПЭП – послеродовые энцефалопатии. Это особенности поведения, проявляющиеся при самых разных патологиях.

В 2006 году мы официально приняли американскую точку зрения на эту проблему и их логику лечения. А они считают, что это на 75-85 %% генетически обусловленное осложнение, приводящее к расстройству поведения. Они прописывают лекарства, психостимуляторы, которые должны компенсировать эти расстройства.

У нас психостимуляторы запрещены, но прописывают препарат «Страттера» (атомоксетин), который, как считается, не является психостимулятором. На самом деле результат его применения очень похож на результат использования психостимуляторов. Ко мне приходят дети после курса «Страттеры» и у них налицо все симптомы «ломки».

Был прекрасный американский врач-физиотерапевт Гленн Доман, очень много сделавший для развития детей с поражениями нервной системы. Он брал детей, которые до трех-пяти лет вообще не развивались – не только не говорили, но и не двигались (только лежали, ели и выделяли), и развивал их до уровня, позволявшего успешно окончить школы и университеты. К сожалению, год назад он умер, но работает созданный им Институт максимального развития человеческого потенциала. Так вот, Доман активно выступал против синдромального подхода в медицине и говорил, что надо искать причину нарушений, а не пытаться снизить выраженность симптомов. А у нас в подходе к СДВГ закрепился именно синдромальный подход. Дефицит внимания? А мы его компенсируем лекарством.

На основании исследований врачей-неврологов докторов медицинских наук Бориса Романовича Яременко и Ярослава Николаевича Бобко делается вывод, что главная проблема так называемого СДВГ - в нарушениях позвоночника – вывихи, нестабильность, неправильная сформированность. У детей пережата позвоночная артерия и возникает так называемый эффект обкрадывания, когда в результате снижается кровоток не только по позвоночной артерии, но и в сонных артериях, снабжающих лобные доли. Мозг ребенка постоянно недополучает кислород и питательные вещества.

Это приводит к короткому циклу работоспособности – три-пять минут, после чего мозг отключается и лишь спустя некоторое время включается обратно. Ребенок не осознает, что происходит при отключении, с этим связаны драки и различные выходки, о которых он не помнит, потому что они развиваются в моменты отключения активности мозга. Эффект отключения мозга нормален, мы все с этим сталкиваемся, когда слушаем скучную лекцию или читаем что-то сложное и внезапно ловим себя на том, что отключились. Вопрос только в том, как часто и на какие периоды времени происходят эти отключения. Мы отключаемся на секунды, а ребенок с СДВГ на три-пять минут.

Чтобы помочь детям с СДВГ, надо поправить позвоночник, часто это первый шейный позвонок, а за это мало кто берется. Обычно неврологи этой проблемы не видят и с этим не работают, но есть врачи, и мы с ними работаем, которые умеют это делать. Причем тут важно не только выправить позвоночник, но и укрепить новое правильное положение, чтобы не произошло привычное смещение, поэтому с ребенком нужно делать упражнения три-четыре месяца. Идеально, конечно, когда ребенок эти три-четыре месяца находится на домашнем обучении и можно проконтролировать не только, что он делает упражнения, но и что он не дерется и не совершает никаких кульбитов. Но, если такой возможности нет, то мы хотя бы даем освобождение от физкультуры на эти месяцы.

После того как кровоток восстанавливается, периоды работоспособности мозга увеличиваются до 40-60-120 минут, а периоды отключения становятся секундными. Однако поведение само по себе сразу хорошим не становится, агрессивные паттерны поведения успели закрепиться, с ними надо работать, но теперь у ребенка уже есть ресурс для сознательного контроля, торможения. Он уже может с этим справиться.

Беда в том, что фармакологическая отрасль куда более циничная, чем наше государство. Фармацевтические компании заинтересованы выпускать лекарства, которые не вылечивают раз и навсегда, а поддерживают приемлемое состояние. Это обеспечивает им огромный постоянный рынок сбыта. Эти компании естественно выступают спонсорами таких исследований, которые идут в выгодном им направлении.

С другой стороны, если даже проблему с позвоночником и улучшением кровоснабжения мозга решить не удалось, всегда можно пойти по пути развития мышления. Высшие функции, как доказано всемирно признанным психологом Львом Выготским, могут компенсировать нижестоящие. И я видела немало примеров, когда через развитие мышления достигалась компенсация проблем с вниманием и коротким циклом работоспособности. Так что опускать руки никогда не стоит.

Ответить